photo @sergiorecatero
Знает ли триатлет, что такое велоспорт?
АЛЕКСАНДРА ВОСКРЕСЕНСКАЯ
06 мая 2021
Знает ли триатлет, что такое велоспорт?
Про конфликт триатлетов и велосипедистов, покупать ли топовый велосипед новичку, про минимальные правила, которые надо знать и вообще, как себя вести на малом кольце в Крылатском.
Весна – время обострения шизофрении и кошачьего крика.

А еще это время достать из шкафа и нагладить велоформу, сделать ТО велосипеду, зарядить велокомпьютер. Пока он заряжается, зайти на Фейсбук и срочно написать пару экспертных комментариев под постом любого известного постописателя.


Собственно, подобные комментарии и начало активного сезона натолкнули меня на этот материал.

Противостояние триатлетов и велосипедистов в России старо, как сам велотрек в Крылатском.

За комментариями и размышлениями я обратилась к одному из вышеупомянутых популярных авторов постов.

Юрий Левинзон - основатель велосипедного клуба-студии Serpantin, двукратный чемпион России по шоссе 2012-2014 год в категории Masters.
В нашем разговоре будет две основных части:
1) Почему триатлеты подвергаются нападкам со стороны велосипедистов?
2) И что им с этим делать?
Юрий: Твоему первому вопросу есть вполне простое объяснение.

Велоэтап в триатлоне – не равно велогонка в шоссейном виде спорта.

Велоэтап – это некое преодоление дистанции на велосипеде, в то время как велогонка – это состязание, которое начинается и заканчивается на велосипеде. Сам факт отсутствия финишной черты на велоэтапе позволяет тебе ехать в гораздо более расслабленном состоянии. Невозможно выиграть соревнования по триатлону на велоэтапе, просто потому, что соревнования заканчиваются не на нём, поэтому все критические и тактические моменты острой борьбы, которые приводят к победе, откладываются на бег.


*** Соответственно, на велоэтапе в триатлоне нет никакого накала борьбы, который мог бы привести к аварийным ситуациям. Плюс в триатлоне, особенно в длинном триатлоне, мы едем в режиме разделки. Ты сам с собой, и ничего не может произойти. Ты просто преодолеваешь определенную дистанцию на велосипеде. Это всё, что ты делаешь. Ты ни с кем не соревнуешься в мастерстве владения велосипедом. Ни у кого не пытаешься отыграть сантиметр полотна, чтобы протиснуться между двумя другими велосипедистами и выиграть спринт. По сравнению с велогонкой, велоэтап в триатлоне относительно спокойный и ненапряжный.
*** У велосипедистов другая история.

Чтобы одержать победу, велосипедисты вынуждены прибегать к действиям, которые ставят соперников на грань возможного. Например, чтобы уехать от кого-то на спуске, тебе нужно идти на предельный риск, в противном случае соперник не отстанет.

Чем ближе к развязке, тем выше накал страстей и степень рисков. И так как обстановка вокруг очень опасная, тебе нужно быть суперкомпетентным и адекватным человеком.

Пульс может быть за 200, но при этом внутреннее спокойствие спортсмена должно быть как у удава. То есть необходимо сохранять абсолютно ясное мышление, чтобы при пульсе за 200 ты мог предпринять действия, которые приведут к победе. Если ты не можешь чисто и ясно мыслить, то скорее всего победы не будет.

Среда триатлетов не требует этих навыков, и они, попадая в шоссейную среду, где эти навыки требуются, несут с собой определённую опасность.

Получается так, если мы берём общую массу, где есть и велосипедисты, и триатлеты, и смотрим шкалу навыков владения велосипедом и обстановкой от 0 до 100%, то большинство триатлетов будут находиться от 0 до 70, а велосипедисты, которых мы называем реальными, состоявшимися велосипедистами, будут находиться от 70 до 100. При этом, конечно же, есть триатлеты, которые превосходят большинство велосипедистов в своих навыках, но это единицы. А я говорю про общую массу.


Я понимаю, что везде есть исключения. Я не прошу щадить триатлетов и говорить, что мы их как-то оправдываем. Нам надо показать - есть проблема, и мы её реально не осознаём.
Да, вам и не надо ничего осознавать по большому счёту.
Ровно до тех пор, пока не решите пойти дальше и не попадёте в велоокружение.

Когда мы решаем, что мы уже сильные триатлеты, и готовы участвовать в велогонках.
Тут нужно понимать, что велогонки – это не только про физическую силу.
Это в первую очередь про умение взаимодействовать с окружающей тебя средой, с окружающими тебя людьми.

Физическая сила – это не сказать, что второй по степени важности элемент, но он абсолютно не самодостаточный для того, чтобы выигрывать гонки.

Даже если будешь превосходить своих соперников на 30% по физической подготовке (что весьма маловероятно), ты не сможешь выиграть гонку, потому что соперники твою же силу используют себе во благо, а своей с тобой не поделятся. Поначалу в гонке нужно найти союзников, но по мере приближения к финишной черте эти союзники превращаются в твоих соперников. Пока ты не научишься использовать силу и интересы других людей в свою пользу, ты не сможешь выигрывать в шоссейном велоспорте.

Соответственно, когда триатлеты переходят в велоспорт, первое, что им нужно понять, что навык взаимодействия с группой у них он отсутствует. Попросту не где было этот навык наработать. В раздельных стартах нет возможности получить навык взаимодействия с группой. Так же отсутствует технический навык езды в плотной пачке. Одно дело, когда ты сам выбираешь себе оптимальную траекторию и скорость прохождения поворота, совсем другое дело, когда и то и другое тебе диктует пачка, в которой ты стиснут со всех сторон. И тактические и технические навыки нужно развивать и нарабатывать.

А что касается «наездов» велосипедистов на триатлетов, то нужно понимать, что основное пополнение любительского велоспорта в России, происходит за счёт спортсменов, пришедших из триатлона.
Триатлон пополняет копилку велоспорта и несет так сказать «свежую кровь»
Эта ситуация сложилась именно у нас, в то время, как «свежая кровь» велоспорта других стран пополняется не триатлетами, а молодыми гонщиками переходящими из юниоров в категорию элит.

На заре своей велосипедной карьеры я гонялся в Бельгии и Голландии, и на любое опасное движение в пелотоне (кто бы его не спровоцировал) – был крик и причитания сразу от нескольких людей, кричали лишь одно слово:

«Юнец, юнец!» То есть, если человек делал косячные телодвижения, его клеймили «Юнцом».

Так сложилось в нашей человеческой культуре, что если определенного рода действия исходят преимущественно от одной группы людей, то корреляция срабатывает и в обратную сторону, то есть, если косячишь, значит «юнец».

А в России мы имеем тех же «юнцов» только в облике триатлетов.
Но почему велосипедисты такие агрессивные и не дружелюбные, спросишь ты?

Если ты возьмёшь любого велосипедиста со стажем и снимешь с него одежду, как ни странно, у каждого, повторюсь, у каждого, ты увидишь одинаковые ужасные шрамы на бедрах, на локтях и на коленях.
Каждый велосипедист со стажем немало кожи оставил на асфальте, и никому не хочется оставить там ещё.
Падения всегда неприятны и долго заживают. Более того, когда ты падаешь, велосипед за миллион с лишним может поломаться как нечего делать. Никто не хочет по чужой глупости попасть в завал.

Тут и возникает некая агрессия по отношению к тем, кто не осознаёт опасность среды, в которой он находится.

Поэтому, на мой взгляд, правильные шаги вовлечения в велоспорт, это присоединиться к командам, которые отрабатывают взаимодействие между собой, отрабатывают безопасность.

Если идти дальше, то есть еще одна тема:
Велосипедисты – это люди, которые в спорте имеют гораздо больше опыта, чем триатлеты.


Но при этом, триатлеты гораздо больше энергии вкладывают в тренировки и в подготовку. Гораздо больше. И когда я вижу, что можно с этой же энергией, при небольшой корректировке получить гораздо более крутой результат, становится немножко обидно за спортсмена, что он тратит столько ресурсов, но должного результата не добивается.


Однажды я писал об этом. Представь, ты садишься за стол вместе с ребёнком. Ребенок еще неопытный в плане использования столовых приборов и не знает какие приборы для чего используются.

Вам подали суп. Ты берёшь ложку, он берёт вилку, действия одни и те же, но он вилкой черпает гораздо меньше, чем ты ложкой. И тебе хочется сказать ему: «Малыш, смени вилку на ложку, и при тех же усилиях получишь совсем другой результат».
Я очень часто вижу такие ошибки. Я вижу, что человек старается, делает the best he can, то есть настолько хорошо, насколько он может, но результат не тот, который мог бы быть.

Любые триатлеты, которые попадали в среду велосипедистов, буквально за один сезон очень круто прокачивали свой уровень.
Я вижу такие примеры, и мне очень хочется донести до триатлетов насколько это важно. Сегодня в России уже накопилась какая-то масса людей, которые «прошли свой триатлон» и готовы совершенствовать каждый из трех видов по-отдельности.

Скажи, что нам надо для этого сделать? Пройти какой-то инструктаж?
Пройти инструктаж недостаточно. Необходимо наработать навыки.

Инструктаж – это лишь первый этап.

Поясню подробнее.

Я тысячи раз видел ролики, как шеф-повара быстро шинкуют, например, лук. Процесс мне полностью понятен. Но если я начну шинковать с такой же скоростью, я отрежу себе 5 пальцев. Все 5, понимаешь? То есть, мало понять, нужно отточить это движение до автоматизма, постепенно увеличивая скорость шинковки и тогда оно преобразуется в навык.
Поэтому мой инструктаж и твоё осознание процессов – не равно получение навыка.
Навыки – это то, что тебе нужно наработать. По опыту могу сказать, что ты можешь наработать все эти навыки, но, когда у тебя пульс будет за 200, всё что ты знала и умела куда-то улетучивается. В состоянии запредельной нагрузки, люди начинают делать такие неадекватные вещи, ты себе не представляешь! Хотя, казалось бы, в чуть более спокойной обстановке все всё знают и умеют.

Я тебе могу сказать, что такая простая вещь, как работа со сменами, в плане оттачивания навыков занимает 2-3 года.

2-3 года – и это мы говорим о всего лишь работе со сменами!

Но для того, чтобы безупречно её начать выполнять, на спуске, подъёме, при боковом, встречном или переменном ветре все эти переменные вносят изменения в то, как нужно сменяться и, чтобы научиться, нужны годы и сотни часов практики.
А что за ревность такая вообще именно у велосипедистов?

Часто звучит такое – пришли тут триатлеты со своими миллионами и покупают дорогие велосипеды.
На мой взгляд, это не ревность велосипедистов к триатлетам.

Это явление ревности находится на более базовом уровне - ревность менее обеспеченных людей к более обеспеченным.

Касаемо нашего спортивного сообщества, я не знаю почему существует именно такое разделение, я могу лишь констатировать его как факт:

Триатлеты – самый обеспеченный контингент.

Далее идёт шоссейный велоспорт, затем МТБ, и замыкают бегуны.

И здесь зависть не велосипедистов к триатлетам, а менее обеспеченных к более обеспеченным.

То есть это вопрос просто про деньги?

Это моя интерпретация ситуации. Я не утверждаю, что она является истиной.

В триатлон часто приходят взрослые состоявшиеся люди. Они выбирают себе такое красивое хобби и, например, хотят купить себе красивый, самый лучший болид. И слышат со стороны – не умеешь, не покупай!

Это абсолютное заблуждение – не умеешь - не покупай топовое.

Просто большинству велосипедистов топовые велосипеды пришли через несколько смен барахла начального уровня, каждый раз меняя на что-то чуть более продвинутое.

Многие велосипедисты только через 7-8 лет и как минимум 3-4 смены велосипеда доходят до топовых моделей.

А тут какой-то «деловой» новичок пришёл и сразу купил самое лучшее и дорогое.

Взял и купил многолетнюю мечту огромного числа велосипедистов.

Условно говоря, ты всю свою спортивную жизнь копила на этот велосипед, а тут приходит парень и на «твоей мечте» начинает учиться встегиваться в педали. Немножко обидно, хоть и неосознанно для большинства.

Топовый велосипед поможет новичку или нет?

Он не помешает.
Высказывания «сначала дорасти» – чистой воды зависть или как минимум заблуждение.
Я на это смотрю с другой стороны.

Гипотетическая ситуация: перед тобой стоят 2 велосипеда, один среднего уровня, другой топового, но цена на них абсолютно одинаковая, какой ты возьмёшь?

Неважно будь ты начинающим или продвинутым, ты возьмёшь топовый.

Соответственно, здесь нет вопроса о том, что топовый велосипед может тебе навредить. Вопрос: оправдано ли вложение в этот велосипед?

Если ты являешься топ-менеджером или владельцем крупного бизнеса, то вполне возможно, что для тебя они стоят одинаково, что 500 тысяч, что миллион.

Поэтому человек не задумываясь, берёт топовый. Он даже не собирается вникать в детали, почему он топовый. Просто берёт его и все. Мы с тобой так же поступаем, когда заходим, например, в супермаркет. Лично я смотрю, на картошку, а не на то, сколько она стоит.

Если картошка визуально мне нравится, я её беру. Я не задумываюсь о том, что я ещё недостаточно овладел навыками кулинарии, чтоб брать лучшую картошку в магазине. Я просто беру сетку картохи и иду дальше. И здесь то же принцип, только другой масштаб.

Я расцениваю велосипед как инструмент. И если смотреть на него с точки зрения инструмента, то чем лучше инструмент в твоих руках, тем лучше ты сделаешь задуманную работу, даже если ты рукожопый.

А вот человек приехал в Крылатское на кольца. Есть велосипедисты, есть триатлеты. И я понимаю, что триатлеты могут себя вести непредсказуемо в каких-то вещах.
Давай, чтобы не было обид, сделаем триатлеты = начинающие велосипедисты.

Нет, люди должны перестать воспринимать все эмоционально. Я вот сначала обиделась, а потом захотела разобраться. Человека нельзя обидеть, человек может только обидеться.

Абсолютно согласен. Как носитель звонкой еврейской фамилии, я знаю это лучше всех, поверь мне. Меня ещё никто не смог обидеть, назвав евреем, потому что я искренне не понимаю, на что мне обижаться.

Поэтому просто поясним, что мы обобщаем понятия, а не говорим о 100% триатлетах.

Смотри, есть люди, которые не лезут в велоспорт вообще, они просто приезжают, готовятся к своему триатлону на «кольцах» в Крылатском. И точно так же создают аварийные ситуации и пополняют копилку этих «несносных триатлетов».


Для того чтобы не создавать аварийные ситуации, нужно самому побыть в шкуре того, для кого ты эти аварийные ситуации создаёшь. Соответственно, когда люди выходят делать брики и после велотренировки бегают по маленькому (кольцу), они реально не понимают: «А что тут такого?»

Есть огромная разница в скорости между бегуном и велосипедистом. Каждая встреча бегуна или группы бегунов вытесняет тебя на встречку. Если на встречке ещё едет такая же группа, создается аварийная ситуация
Нужно уяснить, что езда на велосипеде – это один из самых травмоопасных видов спорта.
Если брать по максимуму, с летальным исходом. Количество смертей спортсменов на велосипеде ежегодно, к сожалению, растёт.

Потому что растёт и количество занимающихся.

Нужно понять, что это такие же люди, как и ты сам. Если недостаточно серьёзно относиться к вопросу безопасности, то есть шанс пополнить статистику.


Как только ты это уяснил, следующий вопрос: что делать? И, как я уже сказал, нет ничего лучше, чем попасть в среду, которая это всё уже прошла, умеет и может тебе моментально объяснить, что делать, а что не делать.

Не достаточно смотреть ролики про велоспорт на YouTube.

Потому что, как я уже сказал, понять, как шинковать лук, и научиться его шинковать – это абсолютно разные вещи. Осознание, к сожалению, не равно навык.

Но не у всех есть возможность. Человек готовится к триатлону. И у него просто, может быть, физически нет возможности ещё добавить себе велотренировки в группе, потому что это будет уже тренировка другая. У тебя есть твоя тренировка на велосипеде. Тебе что-то пишет тренер, а тебе надо ещё выкатываться как-то с группой. Тебе её надо найти, надо тратить на неё время.


Я тебе могу сказать, имея опыт работы с триатлетами, к счастью, не один триатлет прошёл стаж в нашей команде. Тренировки, которые мы делаем на велосипеде, если ты полностью заменяешь свою велоподготовку и приходишь тренироваться в велосипедную команду, твоя физическая способность на велоэтапе взлетает на другой уровень. Все триатлеты, которые к нам пришли, вышли велосипедистами и в разы более сильными триатлетами. Можешь убедиться на примере Юлии Полевой.


Да, Юля. Все понимают, что она очень сильна именно на велосипеде, на велоэтапе.


Верно. Но что её сделало на велоэтапе сильной, это как раз её больший акцент на велосипедный спорт. Это точно не повредило никоим образом.

То, что на велоэтапе в длинном триатлоне требуется индивидуальный ход, не значит, что только его и нужно тренировать. Нет, делая себя разносторонним, ты укрепляешь и эту способность очень сильно.

А давай для людей, например, живут они в Саратове. Условно, какой-то любой город России, где нет возможности заниматься в велокоманде. Какие надо действия знать? Например, надо показывать на дороге, куда ты поворачиваешь? Или ямы. Это обязательно. Надо ли показывать знаки, когда ты встаёшь с седла?

Смотря, какая цель у тебя стоит в итоге. Если ты хочешь стать велосипедистом…

Нет, ты не хочешь стать велосипедистом. Ты, например, живёшь в Воронеже, и решил поехать, присоединился в какую-то группу, например, в Дагестане. Приехал, и все говорят: «Фу, ты дурак, ничего не знаешь». Что надо человеку понимать?


Первое, что ему нужно сделать - ехать последним колесом. Всё. Реально на этом ты обезопасил и себя, и группу от проблем. Если собралось несколько человек, которые не знают, так бывает тоже, последним может быть только один, как и первым то постройтесь друг за другом на определённом просвете. И, естественно, мы говорим про использование шоссейного велосипеда, а не велосипеда с рогами, с лежаком. Потому что, когда вы едете друг за другом на определённом просвете, вы не заблокированы, у вас есть и слева, и справа пространство, куда вы можете сманеврировать.
01
Есть такое, что, например, обгонять можно только слева или только справа?
По поводу свода правил в целом – это отдельная тема, которую нужно отдельно и проговаривать.


А она существует где-то? Вот есть такой, например, как люди учатся водить автомобиль. И там есть правила, которые надо выучить. И их выполнять. Например, помеха справа. Тут такое есть?


Да, есть, конечно же, велосипедный язык жестов и обозначений, он международный, понятен всем.

Ты показываешь жестами вообще все свои намерения, так же как ты поворотники включаешь, находясь за рулем автомобиля.


Если мы едем в группе, то всегда мы обозначаем все наши намерения. За исключением, конечно же, «развязки» в гонке, когда ты едешь. Нет, в гонке, чтобы ты понимала, если мы говорим про какой-то более-менее спокойный момент, а не момент «развязки», то все велосипедисты обозначают какой-то припаркованный автомобиль. Ты обозначаешь это также для своих соперников. Потому что ты также хотел бы, чтобы это обозначили для тебя. Когда ты едешь в плотной группе, ты просто не видишь ни полотна, ничего. И никто не хочет распрощаться с жизнью только потому, что ему не показали, что там стоит припаркованный автомобиль, и ты в него влетел. Это как минимум уважение к себе подобным. И я к этому отношусь как к обязательному элементу.


Каждый велосипедист должен обозначать и свои действия, и то, что он увидел, например, что мы приближаемся к железнодорожному переезду, который потенциально может лежать наискосок по диагонали. И потенциально можно в мокрую погоду поскользнуться. Нужно предупредить всех, потому что ты не хочешь, чтобы твои товарищи и твоё окружение побилось на каком-то таком элементе. Всегда предупреждают, даже в гонках. Это существующая практика. И она применяется. Если мы говорим про то, как стать велосипедистом, к сожалению, полноценно ты сможешь развиться только в рамках велосипедной среды, потому что это и есть велоспорт. Ты не можешь научиться играть в теннис, если напротив тебя не будет стоять теннисист. Это уже будет сквош. Теннис подразумевает совершенно иные навыки. И здесь то же самое. Если нет группы, то ты не сможешь стать велосипедистом.

Это человек себе либо усвоил, либо не усвоил. Но, опять же, возвращаясь к тому, что он живёт в условной Самаре. К нему приезжает IRONSTAR на соревнование. Триатлет может просто не знать каких-то нюансов, потому что он вообще не знает об их существовании. Например, что нельзя ехать в пачке на триатлонном велосипеде с «рогами».

Верно. Поэтому я сказал, что нужно не просто сбиться в группу, а нужно попасть в понимающую среду. В среду, которая сформирована как велосипедная среда. Если мы говорим про идеальную. Опять же, если мы возвращаемся к провинциальным каким-то городам, где этого может не быть, то единственное, что ты можешь сделать, это посочувствовать себе, так велосипедистом ты не станешь, если ты реально оттуда не собираешься переезжать. И второе – это хотя бы получить образовательную часть путём просмотра видеоролика.

То, что ты не получишь навыков, не значит, что тебе запрещено полностью осознать определённые вещи.
02
Самые базовые – мы всегда во главу угла ставим безопасность. Это вот №1, что можно делать, что делать нельзя. И, к сожалению, вот так наговорить в короткий текст не получится, потому что это процесс. Почему люди 4 года получают высшее образование? Невозможно в одну лекцию свести это. Здесь то же самое. Но нужно понять по приоритетам.
Первое – это безопасность
И это значит как индивидуальная безопасность твоя личная, так и то, что ты не должен собой являть какую-то опасность для окружающих.


Сейчас начался активный сезон, и если говорить про Москву, расскажи правила езды по велокольцам в Крылатском. Кто-то говорит, например, надо в одну сторону ездить, кто-то говорит, только в другую. А кто-то говорит, можно в две. Я, например, пришла 5 лет назад в триатлон, и мне тренер, то есть человек, которому я доверяю, говорит: «Вот приходишь сюда и едешь туда». Я езжу против часовой стрелки. Мне так сказали. А сейчас меня обвиняют, что вы, триатлеты, ездите не правильно, нарушаете что-то.
Велокольцо изначально задумывалось по своей планировке как езда в одну сторону. Но после Олимпиады оно превратилось тренировочную зону, и люди начали использовать все возможности и ездить в обе стороны.
1
Есть принципиальная разница езды в одну сторону или в другую. Езда по часовой заставляет тебя в какой-то момент напрячься больше, чем ты хотела бы в соответствии со своим тренировочным планом, потому что иначе ты в эту гору не заедешь. В то время как в езде против часовой – ты можешь сама регулировать степень интенсивности ровно до такой степени, которая тебе подходит. Ты можешь держать ровный, выбранный тобою, а не навязанный тебе темп.
2
Теперь как мы ездим на велокольце? Естественно, только прижавшись к правой стороне
3
Никаких наушников в ушах, потому что гораздо раньше, чем ты что-либо увидишь, скорее всего, что ты это что-то услышишь. И если у тебя наушники, то ты отсекаешь этот важнейший элемент безопасности, как услышать приближающуюся группу, которая тебя сейчас накроет сзади. Они тебя обгонят с разницей в два раза по скорости. Но ты назад не смотришь, поэтому ты их не услышишь, если у тебя есть наушники. Ты также не услышишь, что собака из кустов бежит, поперёк сейчас велотрассы выбежит. Ты этого не услышишь, если у тебя наушники. Поэтому мы никогда не тренируемся с наушниками. Вот прямо никогда.
4
И никогда, как на автомобиле, мы не делаем внезапных перестроений или разворотов. Ты сначала убедился, что абсолютно свободно. И ты можешь только в таком случае развернуться или повернуть. Только когда ты убедился, что дорога свободна. Это самое базовое.
К сожалению, здесь нет никаких знаков и разметки, и это большой вопрос к владельцам. Это равносильно тому, что, если мы сейчас поснимаем все автомобильные дорожные знаки, представляешь, какая будет неразбериха и миллион аварий. Всегда есть люди, которые самостоятельно в первый раз попали на эту территорию, и им нет никакой помощи.


В общем, очень рекомендую, как только вы подумали о слове «триатлон», сразу же думать о понятии «безопасность». Это сохранит вас во взрослом любительском спорте намного дольше.
Made on
Tilda